Сиротский дом

• Чернобыль
• дети-сироты

• 12 ноября 2018
• administrator

- Вообще жить тут страшно, особенно с детьми. Кругом шприцы, фунфырики, клопы, воровство и мордобой. У нас украли входную дверь, а в соседнем подъезде с 7 этажа прямо на газон кто-то выбросил холодильник, — рассказывает Екатерина Клинова. Мы находимся в новой 12-этажке на Школьном проезде-1, это окраина Тамбова. До ближайшей остановки общественного транспорта далеко, метров семьсот. Асфальта во дворе нет, детской площадки – тоже. Вокруг много мусора – пакеты, бутылки, какие-то грязные вещи. Вблизи контейнерной площадки валяются коробки из-под новой мебели – ветер то подтаскивает их к бакам, то относит к центру двора. Вообще злой ветер приходит сюда часто: в новом районе лишь несколько однотипных девятиэтажек, да и те далеко в стороне. Вокруг них — поля. [caption id="attachment_44598" align="alignnone" width="1200"] Дом №9 на Школьном проезде-1, фото Павла Васильева, tamlife.ru[/caption] Дом-изгой – именно такие ассоциации возникают, когда смотришь на высотку со стороны. Местные называют дом «сиротским» и стараются обходить стороной. Когда два года назад Екатерина Клинова как сирота торжественно получала здесь квартиру, это был совершенно новый дом. Я была на том вручении ключей и очень хорошо помню, как счастлива была Катя. А вместе с ней были счастливы и другие ребята. Всего из 288 квартир свой угол в новостройке тогда получили 248 детей-сирот.

Пять лет в заложниках

«Я осталось сиротой в 15 лет. Считайте, что мне повезло, я была в детском доме совсем мало. Квартиры пришлось ждать шесть лет. За это время успела получить три образования, выйти замуж. С семьей сюда переехали не сразу. Пока была беременная, жили у родителей мужа в Мичуринске. Но вот уже почти полгода мы живем здесь, и наша жизнь превратилась в какой-то ад», — рассказывает Катя.

«За эти два года дом, конечно, угробили сильно. В некоторые отсеки даже заходить страшно. Почти везде сняты розетки и ручки на дверях, лампочки то и дело выкручивают. Радиаторы в подъездах и те снимают, а потом продают. Пить ведь на что-то надо. Повсюду вонючие пакеты с протухшими остатками еды. Нужду справляют здесь же, ну вы сами всё видите», — рассказывает наша собеседница.

Закрыться на все замки

Выброшенные за околицу жизни

В своём дому лучше

Я боюсь сесть

«Я бы, конечно, хотел поскорее переехать отсюда. Здесь все-таки сложно. Сесть боюсь: я не такой человек, который мимо пройдет, а по-хорошему они не понимают. Только кулаком можно что-то решить, да посильнее. Жену сюда привести не смогу, да и не пойдет она. Она из хорошей семьи, дед у нее ученый в Мичуринске. Как будет можно, сразу же продам эту квартиру», — признается Дима.

Переусердствовали с заботой

«Знали бы, что у нас будет такое соседство, взяли бы в другом месте, — сокрушается женщина. – Есть, конечно, тут и хорошие ребята, но их по пальцам можно пересчитать. Я считаю, что государство плохо их воспитало, переусердствовало со своей заботой. Иждивенцев вырастило, которые привыкли, что за них кто-то должен прийти и что-то сделать. Мусор и тот выкинуть не могут».