Неизвестный аутизм: как в обычном тамбовском садике воспитывают необычных детей

[caption id="attachment_31003" align="alignnone" width="900"] Дети[/caption] Дети в группе самозабвенно заняты игрой, каждый своей. Они не обращают внимания на мой приход. Один из трех мальчиков раскручивается на вертушке и смеется, другие играют. Я беседую со старшим воспитателем и логопедом-дефектологом. Поначалу дети не проявляют ко мне интереса, они как будто не замечают меня вовсе. Кажется, я совсем не вызываю у них никаких эмоций: ни удивления, ни любопытства, впрочем, страха или беспокойства тоже нет. Но когда логопед-дефектолог раскладывает на низком столике альбомы достижений детей и раскрывает их передо мной, к нам подходит крохотный мальчик. Он с интересом смотрит: что же у нас там. А позже и вовсе обхватывает мои колени и начинает меня разглядывать. Мне приятно такое внимание. Но попробовать пообщаться с жителем «Изумрудного города» у меня не получается, логопед-дефектолог мягко отводит ребенка в сторону. [caption id="attachment_30979" align="alignnone" width="600"] Логопед-дефектолог Юлия Кудрина.[/caption] Группа для детей с расстройством аутистического спектра появилась в «Изумрудном городе» в ноябре 2013 года, с момента открытия детского сада. Возраст маленьких воспитанников разный – от трех до семи лет. С детьми занимаются специалисты: учитель-дефектолог, учитель-логопед, педагог-психолог и воспитатель. [caption id="attachment_30981" align="alignnone" width="900"] Поделки ребят[/caption]

«Моя задача как дефектолога – социализировать детей, приблизить их развитие к нормальным деткам. Я занимаюсь с ними развитием речи, потому что не все из них умеют разговаривать: кто-то говорит отдельными фразами, кто-то словами, а кто-то совсем не говорит. Для каждого ребенка у нас составлен индивидуально-образовательный маршрут с учетом его развития. С неговорящими детьми мы вызываем голос и звукоподражание. К нам пришел ребенок совершенно не говорящий. Сейчас он может показать, как мяукает кошка, как собачка гавкает. Произнести «мама», «папа». Кто-то пришел с навыками речи. С ними мы вырабатываем полные предложения. Если они просят «дай пить», мы говорим, чтобы они обращались: «Юлия Сергеевна, дайте, пожалуйста, пить». Учим их разговаривать полными красивыми предложениями», - говорит учитель-дефектолог Юлия Кудрина.

Аутисты внешне не отличаются от обычных людей. Это просто определённое внутреннее состояние. Их чувства и эмоции отличаются от чувств и эмоций обычных людей. Например, для кого-то свет лампы — это просто источник освещения, а для них — сверхновый взрыв перед глазами. Они воспринимаю всё преувеличенно: слишком ярко, слишком громко, слишком кисло, слишком сладко - это пугает. Они стараются избегать мест, где много людей, в том числе детские площадки. Бывает, что на такого ребенка нельзя надеть новую одежду, нельзя пристегнуть ремнями в коляске или машине. Кстати, мальчики бывают аутистами чаще, чем девочки. К двум-трём годам ребёнок становится неуправляемым и истеричным, с ним невозможно сходить в театр, кино или зоопарк. На площадках таких детей избегают, а растерянные родители не знают, что делать. [caption id="attachment_30980" align="alignnone" width="900"] Рисунки детей[/caption] Мама 4-летнего Максима Инна В. уверена, что аутисты неудобны для общества.

«Иногда бывает, что я болезненно воспринимаю нападки. Однажды мы с Максимом гуляли на детской площадке. Он залез в песочницу и стал играть с другими детьми — младше его. Одной из мам не понравилось, что такой взрослый ребёнок играет рядом с её малышом. Она пыталась мне объяснить, что Максиму в песок играть нельзя. Я напомнила, что тут не бывает возрастных ограничений. Я добавила, что мой ребёнок особенный и что потребность в игре с песком у него выше, чем у ровесников. На что эта мамочка мне ответила: "Держите своего дебила при себе!" Я посмотрела на малыша мамы, мальчика лет полутора, и тихим ровным голосом рассказала, что нет гарантий, что с её ребенком не произойдёт то же самое. Мама очень испугалась и ушла из песочницы», - вспоминает Инна.

Аутисты – дети настроения, заставить их что-либо делать – настоящая проблема. Они будут заниматься чем-то, только если у них есть желание. Именно поэтому групповые занятия в детском саду проводить не получается, и к каждому ребенку специалисты ищут индивидуальный подход. По этой же причине в группах не более пяти ребят. Чтобы дети с расстройством аутистического спектра могли подражать обычным детям, к ним приходят маленькие гости. И сами они встречаются с детьми из других групп на прогулке или в их комнате. Но поскольку делать что-то всем вместе не получается, Юлия Кудрина вместе с воспитателем и учителем-психологом «наносят визиты» с одним или двумя детьми. Попадая в обычную группу, дети иногда включаются в игру, стараются подражать обычным малышам, их манерам и речи. В хорошую погоду занятия физкультурой проходят на свежем воздухе, и там «особенные» дети могут присоединиться к другой группе садика. И обычные ребята видят, что есть не такие как они, и дети-аутисты, в свою очередь, учатся тянуться к сверстникам и доверять. [caption id="attachment_30992" align="alignnone" width="600"] Комната для игр[/caption]

«В России за год число детей-аутистов выросло на 25%»

В группе с особенностями развития дети не играют вместе. Они не всегда обращают внимание на специалиста, который к ним пришел. Могут прогонять человека и не подпускать к себе. И только со временем, привыкнув, случается, проявляют интерес. Только спустя год дети одной группы научились играть друг с другом, и сегодня они могут сесть рядом и, например, покатать машинки. В коридорах детского сада «Изумрудный город» по пути в группу, где занимаются дети с расстройством аутистического спектра, на стенах размещены специальные доски с разнообразными прикрепленными к ним предметами. Собрание диковинок располагается низко, чтобы любой ребенок мог подойти и потрогать это. На одной из досок подвешены музыкальные инструменты.

Тактильная доска

«Все оборудование направлено на развитие восприятия тактильных ощущений. Дети с расстройством аутистического спектра страдают не только слабой коммуникацией, но и проблемой восприятия, отсутствием тактильных ощущений. Дети очень боятся громких звуков и всегда закрывают уши. В группе, если что-то не по ним, они могут взять стульчик и сами отключить или включить свет», - рассказывает педагог-психолог Ольга Бучнева.

Очень часто эти дети эмоционально неустойчивы, поэтому в этом году для них специально оборудовали уголок для уединения. [caption id="attachment_30983" align="alignnone" width="900"] Тактильная доска[/caption]

«Мы хотим повесить здесь ширму. Дети в группе, в которой даже пять человек, друг от друга устают. Шум, тактильный контакт многим неприятен. Поэтому они могут выйти, разуться, посидеть на коврике, поиграть в развивающие игры», - показывает Ольга Бучнева закуток.

Уголок для уединения

В уголке для уединения висит большое двойное зеркало, в которое можно рассмотреть себя со всех сторон. А в пуфике спрятан секрет. Ребятишки знают, если приподнять сиденье, внутри они найдут игрушки. Пощупав тактильные мешочки, надо определить, предмет какой формы в них находится: круг, квадрат, треугольник или что-то еще. Есть такие комнаты и в группах общеразвивающей направленности.

Студия личностного развития

Кабинет педагога-психолога превращен в студию личностного развития. Занятия Ольга Бучнева проводит индивидуально с каждым ребенком или с подгруппой из двух человек:

«Здесь мы с ними и рисуем, и пишем, и считаем, и лепим».

[caption id="attachment_30986" align="alignnone" width="600"] Мольберт[/caption] Комната полна игрушек, столы и стульчики, диваны – все детское. Мне показывают прозрачные мольберты. Ребятам нравится сидеть друг напротив друга и рисовать гуашью на общем «холсте». Иногда они играют в дорисовывание. Психолог может изобразить солнце, а ребенок со своей стороны – лучи. [caption id="attachment_30988" align="alignnone" width="900"] Деревянный домик[/caption] Психолог показывает деревянный кукольный дом, в котором не современные пластиковые куклы с вытянутыми силуэтами и неестественными пропорциями и чертами лиц, а изготовленные, как будто вручную, похожие на деревенских жителей игрушки:

«Это домик для развития сюжетно-ролевой игры, зачатков предметной игры. Сначала дети не подходили к нему, а если и делали это, то все грызли. Годы мы учимся с детьми играть: что кашу надо варить, кормить ей дедушку и бабушку, что у нас есть малыш, который лежит в люльке. Так, через игру формируются социальные навыки».

Сенсорная комната для релаксации

[caption id="attachment_30989" align="alignnone" width="900"] Комната релаксации[/caption] По словам психолога, в детском саду две сенсорных комнаты, и посещают их дети всех групп. Внутри необыкновенно, как будто рядом льется теплый летний дождь, порхают на стене бабочки, а диван – это и вовсе луг с цветами. Если серебряные струйки дождя – это гирлянда, то раскаты грома, как настоящие, только звук приглушен. В прозрачной колонне для волшебства поднимаются вверх пузырьки. Над игрушечным умывальником два детских зеркала, в которые ребенок может рассмотреть свое довольное лицо, улыбку и глаза.

«На ромашках можно полежать. Упражнение с громом и молнией помогает нам бороться со страхом. Дети из яселек сюда ходят, и они уже не боятся. Но вот детям с расстройством аутистического спектра гром не нравится. Раньше они закрывали уши, прятались, а вот теперь свой страх побороли. Сенсорная комната направлена на развитие анализаторов. Если дети слишком перевозбуждены, то в этой комнате они успокаиваются. Или наоборот слишком замкнуты. Тогда комната дает возможность раскрепостить детей, все его чувства направить не внутрь, а вовне, правильно обрабатывать сенсорную информацию», - проводит экскурсию Ольга Бучнева.

Вылечить аутизм нельзя, но с ним можно жить

Современные исследования показывают, что если диагноз ставится малышам ещё в совсем раннем возрасте (до двух лет), а подходящая и эффективная программа помощи начинается своевременно, то семьям удаётся преодолеть многие проблемы и трудности, которые могут возникнуть в будущем у человека.

«У детского аутизма есть ранние стадии. Есть дети, которые не умеют себя обслуживать и у них интеллект не сохранен, у них нет речи. Они никогда не обойдутся без помощи взрослого. Он будет расти, а интеллект останется на уровне двух лет. Но есть дети просто с расстройством аутистического спектра. Одним из них является синдром Аспергера, когда интеллект сохранен, у ребенка может быть речь, но он настолько замкнут в себе, что он не хочет общаться», - говорит Ольга Бучнева.

Таким детям можно помочь. И результаты действительно есть. Ребята с расстройством аутистического спектра в «Изумрудном городе» приобретают важные навыки. Когда-то они боялись выходить в коридор. А теперь посещают спектакли в актовом зале на втором этаже садика. При большом скоплении людей они смотрят представление. Ребенок трех лет, который не говорил и не умел себя обслуживать, за полгода научился брать ложку и есть, а за полтора года – разговаривать полными предложениями. В прошлом году один мальчик из выпуска пошел на подготовительные курсы для того, чтобы поступить учиться в коррекционный класс обычной школы.

«Я глубоко уверена в том, что ничего не происходит просто так. Значит, Бог дал нам это испытание, чтобы мы стали другими людьми, чему-то научилась. Я бы не хотела, чтобы окружающие воспринимали меня и моего ребёнка как страдальцев. Мне хочется, чтобы люди поняли, что аутизм, несмотря на то, что он неизлечим, — это не приговор! Да, это определённого рода отклонение, но с ним можно жить. И уж точно можно и нужно быть счастливыми!» - уверена мама 4-летнего Максима Инна.

Надежда Шурховецкая.