Законсервированное время

• арбузы
• экономический кризис
• интересные люди
• урбанизм

• 23 декабря 2017
• administrator

[caption id="attachment_36650" align="alignnone" width="900"] Тамбовские исследователи в заброшенной школе в Мичуринске[/caption] Заброшенная военная часть под Тамбовом, закрытый аэродром в Моршанске, мертвые села, тюрьмы, школы и заводы Тамбовщины — в этих местах, символах распада и умирания, куда обычные люди стараются не заглядывать, группа тамбовских исследователей, по их словам, черпают особую энергетику. О том, что притягивает этих людей в «зону отчуждения» и почему они готовы ради этого бросить все, — в материале «Нового Тамбова». Все эти места когда-то были наполнены людьми, живущими своей жизнью. Заброшенные по разным причинам, теперь они выглядят как предприятия-призраки или съемочные площадки для фильмов ужасов. Загадочное настроение этих мест заставляет испытывать страх, любопытство и восторг одновременно. Тамбовчанин Михаил Киреев увлекается индустриальным туризмом последние лет десять. Вместе с друзьями они объехали и обошли практически все заброшенные предприятия и населенные пункты Тамбовщины. Результатом этих поездок являются сотни уникальных фотографий и гигабайты видео, которые ребята выкладывают в сеть. [caption id="attachment_36687" align="alignnone" width="900"] Кузнечик на окне одного из заброшенных заводов в Сосновке[/caption] "Мои школьные годы пришлись на 90-е. Родители пропадали на двух-трех работах. Присмотра за нами не было. Мы поздно возвращались. За двадцать километров уезжали на рыбалку на весь день. Пешком обходили соседние села, все исследовали. Когда я учился во втором классе, в нашем селе закрыли очень большую птицефабрику. Все 80-е её строили, в начале 90-х открыли и в 97-м забросили. Сторожили ее две бабульки. Народ начал тащить оттуда все, что только можно, а нам, маленьким, было просто интересно посмотреть, как все устроено внутри. Став чуть постарше, играли там в войнушки, салки, прятки. На этом заброшенном предприятии лазили частенько лет до двенадцати. Сейчас его нет. Частники несколько раз перекупали его, в итоге здание разобрали практически до последнего кирпичика. Вывозили плиты, столбы. После этого в деревне появилось сразу несколько домов, которые были построены из материалов, вывезенных с фабрики. Пожалуй, именно с тех пор у меня возник такой интерес к подобным местам", - объясняет Михаил свою любовь к "заброшкам". [caption id="attachment_36689" align="alignnone" width="900"] Заброшенное предприятие[/caption] - По сути, то, чем вы занимаетесь, сегодня называют индустриальным туризмом, кто-то называет это сталкерингом. Какая у вас цель? - Мы предпочитаем называть себя исследователями интересных заброшенных мест. В нашем регионе таковых не мало. Это камвольно-прядильная фабрика в Моршанске, Мичуринский завод поршневых колец, завод Агротехмаш в Тамбове, военный аэродром, воинская часть в Малиновке, спиртзавод и сыродельная фабрика в Сосновке, всевозможные общежития, школы, училища и даже заброшенные тюрьмы; десятки, если ни сотни мертвых деревень, знаменитые усадьбы, бывшие сельхозпредприятия, разброшенные по всей области. Когда-то там кипела жизнь, что-то происходило, а теперь всё сошло на «нет». Сейчас ничего не осталось, только коробки от зданий. Мы приезжаем туда, делаем фото и видео, потом всё это выкладываем в социальные сети и на Ютьюб. В видеоматериалы вставляем исторические справки. Если там был завод когда-то, то пытаемся узнать, что на нём производили. Мы пытаемся сохранить историю в памяти людей. [caption id="attachment_36681" align="alignnone" width="900"] Заброшенная военная часть[/caption] [caption id="attachment_36645" align="alignnone" width="900"] Заброшенная военная часть[/caption] Михиал подчеркивает, что его команда - не мародёры, которые проникают на объект с целью наживы, не вандалы, расписывающие стены и бьющие стёкла, не пироманы, поджигающие всё, что горит. Сталкер - это, прежде всего, отстранённый наблюдатель, который просто созерцает и вкушает ощущения от окружающей депрессивной обстановки. Он не пытается вмешаться, наоборот, он старается оставить всё как есть, чтобы дать возможность природе восстановить нарушенный когда-то человеком порядок вещей. [caption id="attachment_36657" align="alignnone" width="900"] Одно из зданий на территории военной части[/caption] [caption id="attachment_36663" align="alignnone" width="900"] Бывшая военная часть[/caption] - Кто еще вместе с тобой занимается исследованием «заброшек»? - Нас около десяти человек. Обычно мы собираемся разным составом по двое, по трое. Незнакомых мы принимаем, только если приезжаем в другой город. Например, когда мы ездили в Мичуринск, подписчик нашей группы в Вконтакте был для нас проводником. - Я понимаю, что у вас главная цель – сохранить историю. А как же адреналин? - Адреналин получаем на каждом объекте. Например, когда спускаешься в подвалы, бункеры. Ты идёшь под бетонным сводом, кругом темнота, связи никакой нет. И ты не знаешь, что тебя ждёт впереди. Дойдешь до конца или нет. Может, там впереди всё завалено, затоплено. [caption id="attachment_36677" align="alignnone" width="900"] Тамбовские сталкеры[/caption] [caption id="attachment_36652" align="alignnone" width="900"] Тамбовские сталкеры у бункера[/caption] Невероятные эмоции получаешь, когда забираешься на высоту. Когда лезли на вышку в Галиче в Костромской области, у многих, безусловно, был страх. Выйти на балкон покурить – одно дело. И совсем другое дело – подняться на 350 метров вверх. Но боязнь высоты проходит через первые сто метров. Это чисто психологический фактор, потому что следующие двести метров у тебя картинка перед глазами особо не меняется, если вниз, конечно, не смотреть. В этом году, кстати, эту телевизионную мачту снесли. [caption id="attachment_36690" align="alignnone" width="900"] На телевизионной вышке в Галиче, Костромская область[/caption] [caption id="attachment_36691" align="alignnone" width="900"] Михаил Киреев на телевышке в Галиче[/caption] - Кстати, о высоте. У тебя на странице просто невероятное число фотографий, где ты сидишь или стоишь на краю парапета высоких зданий. На некоторые снимки смотришь и сердце в пятки уходишь, а каково это – стоять вот так? Неужели совсем не страшно? - Нет, не страшно. Хотя, признаюсь, у меня было падение с достаточно большой высоты. Чудом остался жив. В детстве, когда мне было шесть лет, мы поспорили с другом, кто выше залезет на дерево. Черемуха у нас росла этажа в три-четыре. Я залез на самую макушку. И она начала гнуться, я вместе с ней. Через мгновение я уже летел головой вниз, собирая каждую ветку. На земле было повалено дерево. Я приземлился на него. Далее почти три недели беспамятства, два месяца больниц. Была серьезная черепно-мозговая травма, ушибы, переломы. Но, пожалуй, именно с тех пор страха высоты у меня нет. Впрочем, это не значит, что сейчас все читатели, желающие побороть свои фобии, должны начать лазить по высоким деревьям (смеётся). [caption id="attachment_36648" align="alignnone" width="900"] Михаил Киреев на крыше многоквартирного дома в Московском микрорайоне[/caption] Основные проблемы, с которыми ребятам приходится сталкиваться в своих поездках, это отсутствие дорог к разрушенным объектам. Порой по бездорожью приходится ехать по 20-30 километров. И машину жалко, и сам устаешь, признаются парни.

«Еще одна сложность - всем вместе собраться в одно время, потому что графики у всех разные. Кто учится в университете, кто работает. Как только мы создали группу в ВК, с нами просились поехать даже школьники. Но мы сказали категорическое «нет», готовы брать совершеннолетних. Да и то не всех. Толпы за собой водить мы не будем. Это не безопасно и нецелесообразно. Хотя желающих вот так попутешествовать не мало», - говорит Михаил Киреев.

"Я адекватный человек, работаю на нормальной работе, но проходит месяц, и я до дрожи в коленках хочу вернуться сюда", — признаётся наш собеседник.