Новый Закон об образовании: разбираемся с новшествами

• 25 декабря 2012
• administrator

[caption id="attachment_3885" align="alignnone" width="492"] Новый Закон об образовании: разбираемся с новшествами[/caption]

Новшество первое: зарплата

«Да, преподаватели сейчас зарабатывают 14 и более тысяч – но только те, кто трудится на полторы-две ставки, - пояснила «НТ» учитель русского языка и литературы Валентина Киселева. - Просто сейчас таких большинство. Официально рабочая неделя учителя включает 18 часов уроков и дополнительное время, которое тратится на классное руководство (впрочем, нам его теперь не оплачивают), на методическую работу, на проверку тетрадей, наконец. Законодатели считают, что учитель, работающий на две ставки – самое естественное явление, а будет ли он хорошо преподавать, их не волнует».

Новшество второе: оплата

Новшество третье: ЕГЭ

«Я считаю, что для некоторых предметов, в первую очередь, истории и литературы, экзамен в рамках ЕГЭ недопустим, так что требовалось оставить прежнюю форму, - заявил учитель истории Игорь Долуцкий. - Все эти новшества – ЕГЭ и уроки духовного воспитания – объясняются тем, что мы вернулись к советской манере преподавания, когда главной задачей было выстругать человечка для служения режиму. Только тогда режим был коммунистический, а сейчас немного другой. Реформа проводилась по заказу министерств, в частности, минобороны, а не людей, так что результат очевиден. Кого заботят интересы студентов, если у нас вузы сливают посреди учебного года?».

Мнения

"Сами подумайте: если у нас ежегодно выпускаются 700 тысяч одиннадцатиклассников, и в вузы поступают далеко не все, то сколько тогда студентов? И насчет льгот рано людей пугать. Список абитуриентов, которые могут поступать вне конкурса, насчитывал 150 наименований, осталось пятьдесят", - говорит преподаватель одного из тамбовских вузов Алексей Сергеев.

Сироты, инвалиды, дети инвалидов, чернобыльцы… В прошлом году стоял немыслимый крик: инвалиды, мол, заняли все бюджетные места в хороших вузах. Сейчас, если льготы отменят, все начнут возмущаться, что инвалидам не дают возможность получить хорошую профессию. Хотя, в то же время, в Тамбове развивается система дистанционного образования, а инновации – это всегда хорошо. Тогда инвалид может учиться, не выходя из дома. Кроме того, я сомневаюсь, что в стране в одночасье расправятся с элитными школами, которые якобы грозились перевести из статуса общеобразовательных учреждений в научные и лишить преподавателей надбавок. Думаю, что проблемы у нас не с законом, а с правоприменительной практикой. Нужно, чтобы городские власти следили за его соблюдением и не трактовали пункты закона как это выгодно им».

«Он почти все отдает на откуп регионам. Теперь в регионе могут решить, как компенсировать плату за детский сад – а что, если денег в бюджете нет? Этот закон, по сути, регулирует отношения между чиновниками, а положение родителей и воспитателей никого особо не интересовало. Федеральный центр создал все условия для того, чтобы устраниться от решения этих проблем, вести себя безответственно, переложив большинство задач на регионы. Теперь искать правду в Москве будет бессмысленно.

Мне не понравилось, что духовно-нравственное воспитание теперь будет обязательным: ну не нужно нам, чтобы церковь вмешивалась в жизнь школы. А министр образования Ливанов в процессе обсуждения закона превзошел, на мой взгляд, Черномырдина, и его наглые перлы достойны попадания в специальный цитатник. Он оговорился по Фрейду, когда сказал, что учительская неделя должна занимать 36 часов, и тогда педагогам будут платить приличные деньги. Неделя – 18 часов, а не 36, и он не мог этого не знать».